Мы

Главные лица

Проекты

Библиотека

Ильдар Абузяров

Василий Авченко

Борис Агеев

Роман Багдасаров

Анатолий Байбородин

Сергей Беляков

Владимир Бондаренко

Владимир Варава

Вероника Васильева

Дмитрий Володихин

Вера Галактионова

Ирина Гречаник

Михаил Земсков

Иван Зорин

Ольга Иженякова

Николай Калягин

Капитолина Кокшенева

Алексей Колобродов

Алексей Коровашко

Владимир Личутин

Вячеслав Лютый

Владимир Малягин

Игорь Малышев

Юрий Мамлеев

Виктор Никитин

Дмитрий Орехов

Юрий Павлов

Александр Потемкин

Захар Прилепин

Зоя Прокопьева

Дмитрий Рогозин

Андрей Рудалев

Герман Садулаев

Владимир Семенко

Роман Сенчин

Мария Скрягина

Константин и Анна Смородины

Татьяна Соколова

Геннадий Старостенко

Лидия Сычева

Михаил Тарковский

Александр Титов

Багдат Тумалаев

Сергей Шаргунов

Владимир Шемшученко

Лета Югай

Галина Якунина

Классики и современники

Главная тема

Литпроцесс

Новости

Редакция

Фотоархив

Гостевая

Ссылки

Видео

Где купить наши книги

Без комментариев

Они любят Россию

Главная | Библиотека | Владимир Личутин | 

Душа неизъяснимая

Размышления о русском народе

Может, это лишь игра ума, а может, и нечто большее, чем простая забава для пустой растраты времени? Но как любопытно наблюдать за превращениями слов, когда время растягивается в своей протяженности до самых туманных призрачных пределов…

Эх, если бы я с юности задумался над глубиною слова, подпал бы под его власть, очаровался бы им, а не принимал бы, как набор букв, несущих однозначный смысл, постиг бы его воистину божественную сущность, житие Руси предстало бы тогда мне совершенно в ином виде смысле, и самые бы темные страницы национального бытийного свода приоткрылись бы мне. Эх, кабы да кабы…

Вот я смотрю в закуржавленное деревенское окно, на улице зыбятся отроги сугробов, на склонах темно-синие, в овершьях желтоватые, как бы присыпанные солнечной пылью, а с голубого неба слепяще светит заиневелое, какое-то мохнатое с боков Ярило, зеленоватое, в разводьях и рыжих проплешинах, похожее на переросшую репу. Взгляд мой перетекает на оконный переплет, давно требующий замены, потрескавшийся, с трухлявыми пазьями и шипами, стекла держатся в четверти лишь замазкой. Пора рамы менять, иначе избу не нагреть, сколько ни пали дров. Подумалось вдруг: Рама - деревянные створки со стеклами, что вставляются в оконную колоду, куда льется в сумерки жилья небесный, солнечный свет. Но Рама (Вишну) - это герой индо-арийского эпоса Рамаяна. Ра - бог солнца, а в Египте он же и Отец богов. Но богу Ра поклонялись и древние русы - арии, наши древние предки. Река Волга в начале первого тысячелетия называлась Ра, этот корень можно видеть во многих названиях русских рек и полесий: Печера, Мегра, Сура, Сура Поганая, Югра, Урал, Мурома, Мещера, Нарма, Нара, Ростов Великий, Русса, Ижора, Порусса…Это земли русов-ариев. Ма - богиня, Мать-рожаница. Отсюда: мама, мать, матка, материк, мадам, муттер, мамико. Значит рама - это нераздельные Отец-Мать. За этим значением, внешне таким невыразительным, стоят пять тысяч лет иль куда более; одно лишь слово стягивает меж собою, как неразрывной вервью, целые материки и народы: египтян, индийцев, русов…Рама - блок-метафора, праслово, языческий катехизис двубожия, естественно влившийся в православие. И поныне молельники, рано утром после Пасхи, выйдя из церкви на паперть, обращают взгляд на восток и, отыскав благословенное светило, кланяются ему: Здравствуй, Отец наш родимый Иисус Христос!

Ра - солнце, Ар - земля; в одном коротком слове запечатлен весь сакральный смысл русского бытия. Рама (Вишну) - бог света, жизни, плодородия. А Ма-ра? Вроде бы переставлены лишь два слога?..Нет, это поменялась власть во всем сущем. Уже богиня Ма довлеет над Ра, женское над мужским, властвует деловитая Мать-рожаница в ее желании оплодиться иль забрать обратно к себе в лоно. Мара - богиня смерти, от нее рождаются морея, маруха, кикимора, мордка, морилка, морена, хмара, марево, морок, сумерки и все связанное с морозом. Эта двенадцатая иродова дочь, трясавица, старуха с косою наводит порядок в мире, чтобы попустить в мир новую поросль. Солнце скатывается на запад, Мать-сыра земля поглощает его - и тогда приходит ночь, наступает вселенская тьма, все в природе затаивается, затихает, как бы приготовляется к погибели, и человек с душевным томлением, как и все живое, обреченно закрывает глаза, уходит в сон, как в смерть, чтобы с утра, с первым солнечным лучом очнуться для продолжения жизни…

Так веровали дальние наши предки, и свой поклон природе они запечатлели навсегда, запечатали в языке прафилософию, когда наши праотичи жили в поклоне Матери-сырой земле и солнцу - Яриле. Это было еще до бога Вола и бога Сварога. Всё вещественное давно пропало, источилось в нети, в труху, в пыль, но слова-метафоры, эти сгустки метафизической энергии, угодили от огнепоклонников через оконную раму в нашу избу и нисколько не утратили своей силы. Эти слова - символы, не имеют конца; ибо когда придет на землю новый народ, то он ступит на нашу тропу, и пусть ощупкою, но отыщет уже натоптанный след.

Если ехать на поезде через Котлас на Урал, то невольно попадешь на станцию Потьма - столицу советских лагерей. И мало кто, наверное, нынче знает, что в старину Потьмой считалась последняя, низшая область, что находится ниже ада, куда попадает по смерти самый лютый грешник, и откуда уже нет душе возврата; по русским древним представлениям - это самая суровая камера пыток и бесконечных страданий. И однажды потусторонний, мифологический образ вдруг материализовался на земле.

На побережье Карского моря есть поселения Кара и Усть-Кара. Кара - древнейшее русское слово, означает божью кару, немилосердное наказание, муку, темно-гнедой, карий цвет. В Поморье кара - доска для разделки вареной рыбы. Мне представляется в слове Ка-ра древнейший мифологический смысл. Ка - индийская богиня Кали, грозная жена немилостивого Бога Шиви, а Ра - бог солнца. Побережье Карского моря суровое, тундряное, тяжелое для прожитья, где хозяйничают снега, льды и полярная ночь, когда богиня Кали на долгое время побеждает Ярило.

Мне думается, что от Карского моря, до народа Кара-калпаков (черных колпаков) в средней Азии и до черных гор Каратау, и далее в Индию, пусть и призрачно, но проступают следы давно забытого пути переселения русов-ариев и будущих индо-ариев.

Но если поменять местами два слога, то на месте кары возникает Рака - скудельница, драгоценный ларец для мощей православных святых и святителей.

Таков глубинный, перетекаемый многозначный смысл прарусских слов-метафор, в которых заключена наша история

Владимир Личутин