Мы

Главные лица

Проекты

Библиотека

Ильдар Абузяров

Василий Авченко

Борис Агеев

Роман Багдасаров

Анатолий Байбородин

Сергей Беляков

Владимир Бондаренко

Владимир Варава

Вероника Васильева

Дмитрий Володихин

Вера Галактионова

Ирина Гречаник

Михаил Земсков

Иван Зорин

Ольга Иженякова

Николай Калягин

Капитолина Кокшенева

Алексей Колобродов

Алексей Коровашко

Владимир Личутин

Вячеслав Лютый

Владимир Малягин

Игорь Малышев

Юрий Мамлеев

Виктор Никитин

Дмитрий Орехов

Юрий Павлов

Александр Потемкин

Захар Прилепин

Зоя Прокопьева

Дмитрий Рогозин

Андрей Рудалев

Герман Садулаев

Владимир Семенко

Роман Сенчин

Мария Скрягина

Константин и Анна Смородины

Татьяна Соколова

Геннадий Старостенко

Лидия Сычева

Михаил Тарковский

Александр Титов

Багдат Тумалаев

Сергей Шаргунов

Владимир Шемшученко

Лета Югай

Галина Якунина

Классики и современники

Главная тема

Литпроцесс

Новости

Редакция

Фотоархив

Гостевая

Ссылки

Видео

Где купить наши книги

Без комментариев

Они любят Россию

Главная | Библиотека | Сергей Беляков | 

Критика без анестезии

Екатеринбург одни называют “третьей литературной столицей”, другие — самой обыкновенным провинциальным городом. Кто прав, сказать трудно. Мне кажется, что наша литературная жизнь уже давно балансирует между столичностью и провинциальностью. Одни литераторы вытягивают нас на столичный уровень (не много их, но ведь хорошие писатели всегда в меньшинстве), другие затягивают в провинциальное болото. Самое интересное, что последние, как правило, “позиционируют” себя пламенными патриотами Урала и любят повторять, что “Москва нам не указ”. Между тем деятельность их вредит уральской литературе чрезвычайно. Им, может быть, в болоте и хорошо, но вот только край, где работали, между прочим, не только хрестоматийные Мамин-Сибиряк и Бажов, но и Алексей Решетов, Борис Рыжий, Николай Никонов, где и сейчас пишут Юлия Кокошко, Валерий Исхаков, Олег Богаев и еще несколько действительно замечательных литераторов, превращать в провинцию преступно.

Статья Елены Сафроновой посвящена делам рязанским, но тема провинциальности, к сожалению, актуальна и для нас. Года два назад “Урал” опубликовал рецензию Александра Зернова на книгу одного местного литератора. То была поверхностная, в меру ехидная, но в общем-то безобидная рецензия. Однако писатель обиделся. Да еще как! Только что на Площадь 1905-го с транспарантом не выходил. А все из-за чего? Из-за того, что вместо хвалебной рецензии автор получил не ругательную, нет, но слегка насмешливую! После такого скандала за рецензирование местных авторов браться как-то не хочется, а ведь едва ли не каждый сотрудник “Урала” может припомнить не одну подобную историю.

То ли дело авторы столичные. В отличие от наших, они прекрасно понимают, что ругательная рецензия ничуть не хуже рецензии хвалебной. Романа Сенчина, например, критики ругали так часто, что он достаточно быстро превратился в известного писателя. Истинное наказание для писателя — молчание критики. Наказание тяжелое, хуже только равнодушие читателя. Но если читатель бывает капризен и непредсказуем, и не вина, а беда многих писателей в том, что книги их пылятся на полках, то на молчание критики писатели обрекают себя сами.

Не только критики, но и писатели плохо себя чувствуют в “провинциальных” условиях. Есть в Свердловской области город Лесной. Хороший, говорят, город. И живет там некая Тамара Ветрова. Писатель она, на мой взгляд, превосходный. Но, на свое несчастье, обладает Ветрова даром сатирика, а участь сатирика в обществе печальна. Стоило “Уралу” опубликовать ее повесть “Владимир Владимирович Путин, созерцатель облаков”, как в редакцию стали звонить возмущенные люди. Смысл их речей сводился к следующему: “Как вы могли такое опубликовать?” Оказалось, что многие влиятельные лица города Лесного узнали в персонажах Ветровой (персонажах, надо сказать, карикатурных) себя. И что с того, скажет любой нормальный читатель, между прототипом и героем художественного произведения разница огромна, да и вычислить прототип не всегда легко: прототип Воланда, например, усматривают то в Сталине, то в американском после. Вроде бы детсадовские истины. Оказалось, что нет! Олег Петрович Капорейко вместе с автором этих строк в течение двух часов, время от времени сменяя друг друга, пытались убедить одну весьма приятную и совсем неглупую даму из Лесного (она была, так сказать, представителем возмущенной общественности) в том, что прототип и образ вещи разные. Тщетно! Осознав наконец, что от своего автора журнал отрекаться не собирается, дама предложила напечатать в “Урале” пасквиль (под другое жанровое определение предложенный текст просто не подходил) на Ветрову. То была не сатира, а набор грубых оскорблений. О “художественности” здесь и речи не шло. Дама очень обиделась, когда сей опус мы публиковать отказались.

Если верить прессе города Лесного, то “желтая повесть нетактичной Ветровой”, от которой “повеяло чернотой и злобой на всех и вся”, произвела замечательный эффект: в библиотеках выстроились очереди за “Уралом”. Казалось бы, радоваться надо: хорошую прозу (а проза Ветровой очень хорошая) сейчас читают мало, о толстых журналах массовый читатель вообще имеет самое смутное представление, а тут такой успех. Но у ее противников своя логика: зачем выносить сор из избы, зачем вспоминать о “гамбургском счете”, если можно говорить друг другу комплименты, писать “правильные”, “беззубые” тексты. Вот еще одна писательница из Лесного, Евгения Лопес, местным интеллектуалам нравится. Ее рассказы “поднимают глубокие нравственные проблемы и побуждают читателя к размышлению”. Действительно, Евгения Лопес — автор не бесталанный, только вот в ее рассказах тех нет ни одного сколько-нибудь живого персонажа, есть только одни ходячие идеи: “мать”, “брат”, “успешный журналист” и т. д. Ни черточки запоминающейся, ни характера, ничего, одни голые схемы. О такой прозе и впрямь спорить не станешь, не о чем спорить. А ведь таких “правильных”, но невообразимо скучных, а нередко и совершенно бездарных, графоманских текстов множество. Если бы “Урал” следовал правилам провинциальной политкорректности, то он давно бы превратился в литературное болото, которое без устали нахваливали бы местные кулики. “Безотказный” журнал любили бы авторы, его охотно бы читали их семьи. Ни один “посторонний”, правда, журнал бы в руки не взял, да что нам посторонние! Вот критик Иван Иванович похвалил новую повесть прозаика Ильи Ильича, а Илья Ильич похвалил статью Ивана Ивановича. Чего еще нужно? Тишь, да гладь, да Божья благодать.

К счастью, эта “благодать” в “Урале” не наступила и, будем оптимистами, не наступит, а значит, наш журнал в провинциальное болото не опустится. Не опустится и наш город, останется он если и не “третьей столицей”, то уж, во всяком, случае важным центром литературной жизни. И храни нас Бог от провинциальности. Рязанский пример да будет для нас наукой.

Сергей Беляков