Мы

Главные лица

Проекты

Библиотека

Ильдар Абузяров

Василий Авченко

Борис Агеев

Роман Багдасаров

Анатолий Байбородин

Сергей Беляков

Владимир Бондаренко

Владимир Варава

Вероника Васильева

Дмитрий Володихин

Вера Галактионова

Ирина Гречаник

Михаил Земсков

Иван Зорин

Ольга Иженякова

Николай Калягин

Капитолина Кокшенева

Алексей Колобродов

Алексей Коровашко

Владимир Личутин

Вячеслав Лютый

Владимир Малягин

Игорь Малышев

Юрий Мамлеев

Виктор Никитин

Дмитрий Орехов

Юрий Павлов

Александр Потемкин

Захар Прилепин

Зоя Прокопьева

Дмитрий Рогозин

Андрей Рудалев

Герман Садулаев

Владимир Семенко

Роман Сенчин

Мария Скрягина

Константин и Анна Смородины

Татьяна Соколова

Геннадий Старостенко

Лидия Сычева

Михаил Тарковский

Александр Титов

Багдат Тумалаев

Сергей Шаргунов

Владимир Шемшученко

Лета Югай

Галина Якунина

Классики и современники

Главная тема

Литпроцесс

Новости

Редакция

Фотоархив

Гостевая

Ссылки

Видео

Где купить наши книги

Без комментариев

Они любят Россию

Главная | Библиотека | Андрей Рудалев | 

"Новый реализм" в стиле рэп

Или еще один манифест о спорном направлении

В чем новизна «нового реализма»? Этот вопрос регулярно задают, чтобы интеллигентно указать на место. Когда спрашивают о новизне, сразу вспоминается формула Экклезиаста, поэтому буду говорить методом аналогий: новизна «нового реализма» идентична отличию рэпа от рока, по крайней мере в русском их изводе.

«Новый реализм» – это музыка отечественного рэпа, хотя и вдоволь испившая из рок-источника, биение которого сейчас уже сильно поугасло.

Новое поколение несет свой код, свое послание миру. Это новое изобретение велосипеда, наступление на грабли и много всего того, о чем можно сказать: старо как мир. Да – старо, да – грабли, но это наши грабли и наши ощущения от контакта с ними, и этот личный опыт бесценен, потому что он наш, потому что через него мы учимся чувствовать и тренируем в себе эту способность.

Как-то Захар Прилепин в своем ЖЖ отметил: «Главное, что Ноггано и Гуф сделали то, что в свое время сделали Цой, Кинчев и прочие, – они «выговорили» целое поколение, нашли ему язык, насколько возможно адекватный и максимально честный». Разве новые реалисты не делают то же самое?

Я не музыкальный критик и мало что в этом смыслю, но и для меня очевидно, что параллелей между роком «в свое время» и новыми читающими свои тексты пацанами масса. Эти пацаны строят свой образ, пишут свою музыку-судьбу, и здесь их можно воспринимать за реинкарнацию полуподвальных 80-х.

Асоциальные, аморальные типы, матерщинная гопота, наркоманский бред... Саранча и пираньи, варвары и деграданты... О ком это? О новореалистах или рэперах?

Да нет, именно что новое! Это «музыка моего гетто», как у Ноггано. Какое время – такая музыка, такая литература, такой реципиент. И находит ли она в этом времени прекрасное и что это за прекрасное – другой вопрос.

Какое время – такие и судьбы. Баллада «Настенка» у Ноггано. Юная прекрасная с «бездонными глазами» приехала из Красноярска пытать счастье в столице. Различные модные показы, работа за копейки. Пафосные женихи и спонсоры-ухажеры. Потом проигранная в карты и после этого – дорогая путана. Виски, дурь, а в глазах «холод и пустота». Масса душераздирающих обыденных историй, мет времени.

Какие судьбы – такое и время. Шумная история: после известной аварии в Москве, в которой в столкновении с VIP-автомобилем погибли врачи, заговорили о том, что рэп стал носителем социального протеста. Композиция по конкретному поводу рэпера Noize MC «Мерседесом» вырулила в бесчисленное множество компьютерных динамиков.

Ноггано, Гуф, Noize MC, Иезекииль 25-17, Вис Виталис – чем вам не «новый реализм»?!

Про русский рок уже много сказано. Стал не тот, потерял остроту. Кто еще там шевелится? Шевчук, Борзыкин, нижегородец Вадим Демидов?.. Рок обрел статусность, давно вылез из подвалов и крутит дорогие «гайки» на пальцах, как Макаревич на приснопамятной встрече-пикировке Путин–Шевчук.

Ситуация эволюции рока отлично описана у Романа Сенчина в романе «Лед под ногами». Главный герой романа – Денис Чащин, молодой человек, который некогда считал себя рок-музыкантом. С рок-культурой он собирался связать свою жизнь. Приехал из Сибири, жил в двух столицах. Потом стал работать в редакции журнала своего друга. Журнал предназначался как площадка для раскрутки одаренных музыкантов, но со временем превратился в бизнес.

Большое разочарование Чащина постигло, когда увидел навязчивые концерты в стиле «Голосуй или проиграешь», в которых участвовали его кумиры. Он понял, что «рок-музыканты меняют протест на присягу...».

Рок – вызов конъюнктуре, сам становится конъюнктурным в стиле известных выборных шоу, попсоватым или агитационным. Революции всегда противостоит контрреволюция. Демократия, по мысли одного из героев романа – Димыча, погружает человека в вязкое желе. Писатели начитают писать традиционно, бывшие рок-музыканты – жить обычной жизнью. Привычка к жизни побеждает.

Как здесь быть, как изменить эту динамику обреченности впадения в привычку, инерцию затухания, как не стать насекомым? Может быть, начать говорить другим языком – языком рэпа или «нового реализма»?

Молодой прозаик Евгений Алехин читает свои тексты в рэповой группе «Макулатура», высказывает свою гражданскую позицию, реагирует на какие-то социальные явления. У «Макулатуры» есть композиция «Основы писательской жизни». По-моему реалистично, новореалистично.

В одной из песен Вис Виталиса, который как раз дрейфовал от рока к рэпу, такие строчки:

Каждому поколению нужна своя революция
Поколение без революции – это поллюция.

Чем не новореалистический манифест?

Андрей Рудалёв