Мы

Главные лица

Проекты

Библиотека

Ильдар Абузяров

Василий Авченко

Борис Агеев

Роман Багдасаров

Анатолий Байбородин

Сергей Беляков

Владимир Бондаренко

Владимир Варава

Вероника Васильева

Дмитрий Володихин

Вера Галактионова

Ирина Гречаник

Михаил Земсков

Иван Зорин

Ольга Иженякова

Николай Калягин

Капитолина Кокшенева

Алексей Колобродов

Алексей Коровашко

Владимир Личутин

Вячеслав Лютый

Владимир Малягин

Игорь Малышев

Юрий Мамлеев

Виктор Никитин

Дмитрий Орехов

Юрий Павлов

Александр Потемкин

Захар Прилепин

Зоя Прокопьева

Дмитрий Рогозин

Андрей Рудалев

Герман Садулаев

Владимир Семенко

Роман Сенчин

Мария Скрягина

Константин и Анна Смородины

Татьяна Соколова

Геннадий Старостенко

Лидия Сычева

Михаил Тарковский

Александр Титов

Багдат Тумалаев

Сергей Шаргунов

Владимир Шемшученко

Лета Югай

Галина Якунина

Классики и современники

Главная тема

Литпроцесс

Новости

Редакция

Фотоархив

Гостевая

Ссылки

Видео

Где купить наши книги

Без комментариев

Они любят Россию

Главная | Библиотека | Андрей Рудалев | 

Диктатура среднего рода

Торжество усредненности, победа профанации – меты сегодняшнего дня. Все великое, большое, грандиозное, героическое затушевывается. Все это под подозрением как неблагонадежное, без этого спокойнее, стабильнее в терминологии новейшей истории.

Царство гоголевского «ни то ни се». Серое, невзрачное - только в своем внешнем виде, но во внешних проявлениях часто агрессивное, оголтелое, авантюрное с рогами и копытами.

Все это общие слова до поры, пока занозой не воткнется очередная новость. Вот перед Днем знаний наше возлюбленное министерство образование удивило очередной революционной новацией: начала раскачку норм русского языка. Не то чтобы все и сразу с корабля современности, но постепенно, малыми робкими шажками. Думается, это была первая проба пера, робкий шаг креатива наших чиновников. Прикинут, как что дальше. Не посмотрит ли кто сурово на них, не стукнет ли кулаком по столу, суровым пальцем не погрозит. Если нет, то гуляй рванина по всей ивановской, паши и перепахивай сколь жадная душа желает!

Зловонным чем-то пахнуло на пороге учебного года. Курьезная вещь, но по большому счету это тоже самое, как разрешить «вонь» в слове «звонит».

Облегчили язык, но ощущение будто испражнились. Облегчились.

Можно долго рассуждать об легитимизации невежества, упрощения, но вопрос лежит не только сугубо лингвистической плоскости, где к нему много подходов, он много шире. Утверждены нормы пошлости, в которых - квинтэссенция нашего времени.

Живая разговорная речь – это отлично, но она не должна быть безусловным мерилом лакмусовой бумажкой всего, как и равнение на эстетику подворотни, любование уголовной романтикой.

Кто спорит, нормы меняются, язык – живой подвижный организм… Все это общеизвестные аксиомы. Но здесь вопрос близкий с пониманием свободы, как отсутствия каких-либо ограничений, торжества своеволия и независимости от каких-то морально-этических норм. В языке есть свой этикет, определенные табу. Это его кристаллическая решетка. И здесь можно всецело согласиться с Дмитрием Быковым, который следующим образом прокомментировал это новшество: «Снятие этих табу оборачивается раскультуриванием страны в целом, чем больше тонких и сложных закономерностей внутри языка, тем лучше, как правило, язык себя чувствует»(http://rusnovosti.ru/news/48392/).

В перспективе хотим мы жить без каких-либо ограничений, в том числе и с точки зрения здравого смысла. Нам так удобно, мы так привыкли, да и вообще с какой стати блюсти все эти закостенелые вериги?!.. Мы жаждем неги и радостей, мечтаем быть жвачными и непарящимися. Бюро добрых образовательных услуг, почему-то именующееся министерством, держит руку на пульсе, какой-нибудь господинчик из него всегда услужливо подойдет и заискивающе спросит: «Чего изволите?»

Кофе – мужского рода так и останется свидетельством если не прилежания, то некоего трепета перед языком. Всегда выгодно отличает, когда среди десятка средних родов найдется один мужского. Аристократизм, если хотите!!! Только он сейчас не в чести, вернее, его не допускают до общих масс, берегут их всячески, чтоб не дай бог не возгордились, чтобы не поднялась самооценка, не появился голос. Не положено! Не должно, не пущать! – визжат современные органчики и унтер Пришибеевы. Все должны быть безликими, однотипными, однообразными. Толерантное отношение к языку: что так, что так - все едино.

В своем исследовании «Гоголь и черт» Дмитрий Мережковский отметил, что Николай Васильевич видел «самое страшное вечное зло не в трагедии, а в отсутствии всего трагического, не в силе, а в бессилье, не в безумных крайностях, а в слишком благоразумном суеверии, не в остроте и глубине, а в тупости и плоскости, пошлости всех человеческих чувств и мыслей…». Что-то напоминает, не правда ли?.. Это как раз про средний род, которому сейчас воздается честь и хвала, звучат фанфары.

«То ли еще будет, ой-ой-ой!» - как поет наша вечная и незыблемая Алла Борисовна... Заикаться начнешь, когда видишь, как истово наследники Хлестакова взялись за ревизию. От этой ревизии рушатся ГЭС, профанируется язык.

Андрей Рудалёв, г. Северодвинск