Главная | Главная тема | 

Противоречия - личные ли они? Статья первая

Последние, официально полагающиеся географическими «русскими», а реально являющимися и не еврейскими (дабы не были творцами еврейской национальной культуры), и не корневыми русскими, - последние, вышедшие из СП России, отнюдь не избавили этот новый союз (правопреемник СП СССР) от проблем.

«Золотым веком» для дворянства историки называют век Екатерины Великой – дворянство было освобождено от обязательной службы. «Золотым веком» для писателей была советская эпоха – от Сталина до Брежнева. Только тут, напротив, идея служения стояла на первом месте: Союз советских писателей был создан как идеологическая организация. Да, писатели были «инструментом власти», от которых требовалось быть патриотами, что значило работать пером на укрепление советского государства и его идеологии. Официальный патриотизм неизбежен и обязателен в любые времена, кроме революционных (тут, когда рушится прежнее устройство государства, «старый патриотизм» всячески компрометируется). В ответ советские писатели были хорошо обеспечены государством (что я знаю от очевидцев, но я лично никакого отношения к этим благам не имела, как и последующие за нами поколения): при зарплате инженера в 120 рублей, писатель за книгу в серии ЖЗЛ (в годы цветущего «застоя») получал гонорар от 20 до 22 тысяч рублей; за переводы стихов с любых национальных языков на русский можно было легко заработать пять тысяч руб. в кратчайший срок (стоимость «Жигулей»); можно было тридцать лет кряду ездить практически бесплатно на месяц в Коктебель и пр.; можно было за копейки жить месяцами в Переделкино; не обладая великими талантами, можно было получить квартиру, распределением которых занимались специальная комиссия (см., например, воспоминания С.Семанова «Быть русским достойно есть»*); семинары молодых писателей тоже, говорят, проводились с размахом в домах творчества, принадлежащих СП.

К моменту крушения СССР Союз писателей был мощнейшей организацией – Литфонд был богаче всех иных фондов, принадлежащих другим творческим союзам. Дома отдыха и поликлиника, детский сад и типография и т.д. – «и куда всё то пропало?». Я не знаю и не в состоянии в этом разобраться (тут нужна какая-то специальная квалифицированная комиссия, если писателям интересна их нынешняя бедность). Я все это говорю только к тому, что собственность общая была растащена (ясное дело, что все это обоснуют как «неизбежность»!), Союз писателей разделился, и в момент когда в новой Конституции прописали отказ от государственной идеологии, у писателей и начался новый этап серьезной идеологической войны. Оба союза, как я понимаю, принимали для ведения боев местного значения все больше и больше «писателей»: я думаю, если честно взглянуть на нынешний списочный состав обоих Союзов, то картина поразит воображение. Однако, всякая «чистка рядов» сегодня невозможна. «А судьи кто?» - нет ни одного авторитетного имени, к кому прислушались бы писатели, как не найдется и ни одного безумца, чтобы жизнь положить на расчистки «конюшен». Союз писателей России до сих пор мыслит себя как идеологическая организация, и таковой, действительно, является. А при потере всякой экономической базы и прежней, привычной и реальной нужности государству, СП стал организацией, содержание и смысл деятельности которой трудно понять.

Содержательные, идейные формы жизни СПР в антисоветское, а позже в рыночное время, остались советскими (пленумы, празднования юбилеев, выездные заседания, наезды отдельных лиц из «центра» в регионы, представительства, редкие конференции, где новым стал только «религиозный компонент», да еще премиальная гонка, когда «премией» частенько является бумажка-грамотка, чего лично я решительно не понимаю; но, естественно, есть и премии денежные – я думаю, что найдется любитель-доброхот и озвучит имена, получивших премии за последние двадцать лет), а вот экономическая жизнь СП стала широкому кругу писателей неизвестна. Наверное, нет ничего трагического в этих «формах», кроме одного ­– они не содержали в себе развития, под которым я понимаю развитие русского самосознания, дерзновение мысли, обеспечивающей идеологические победы, понимание (поддержку, а не изоляцию) подлинно-талантливых писателей, которые, само собой, всегда не очень-то «удобны», вернее – всегда неудобны.

В общем для всех советском Союзе писателей была внутренняя проблема, о которой многие писали – вполне политкорректное по форме сосуществование рядом, но реальное противостояние русских и еврейских писателей. (Союз-то один, и отпускаемые блага были общими! Читай снова Семанова – в примечаниях). Последние, официально полагающиеся географическими «русскими», а реально являющимися и не еврейскими (дабы не были творцами еврейской национальной культуры), и не корневыми русскими, - последние, вышедшие из СП России, отнюдь не избавили этот новый союз (правопреемник СП СССР) от проблем. Я никогда не занималась проблемами еврейской культуры и еврейского сознания – меня всегда интересовала русская культура и русское самосознание, а потому я считаю возможным в этом вопросе опереться на существенные мнения тех, кто продумывал уже эти вопросы.

Статья «Модерн» Рихарда Вагнера, написанная в 1878 году, начиналась так: «В одной недавно присланной мне брошюре прозвучал некий "авторитетный еврейский голос", сообщивший буквально следующее:

"Новый, современный [moderne] мир должен одержать победу, поскольку он вооружен несравненно лучше, чем старый, ортодоксальный мир. Власть пера стала ныне мировой властью; без поддержки с её стороны нельзя удержаться ни в одной области, а вы, ортодоксы, этой властью совершенно не обладаете. Конечно, ваши ученые мужи пишут прекрасно и вдохновенно – но только для тех, кто им равен; а паролем [Schibboleth] нашего времени стала общедоступность. Современная журналистика и беллетристика полностью овладела либеральными умами как среди евреев, так и среди христиан. Я говорю "среди евреев" – а на деле немецкое еврейство трудится сегодня над созданием новой культуры и науки так неутомимо и энергично, что значительная часть христиан направляется, сознательно или безотчетно, именно духом современного еврейства. В наши дни нет почти ни одного журнала или другого печатного издания, которым бы не руководили, прямо или косвенно, именно евреи".»

В том, что для современного уха, все процитированное, сказанное евреем от лица «еврейского мира», кажется актуальным, смешно сомневаться. Статья Вагнера бесконечно точна, а потому позволим себе привести некоторые его заключения: «Но иногда кажется, что дело обстоит совсем иначе; ибо, несмотря на власть, которой евреи располагают, у них отсутствует всякая оригинальность, необходимая для того, чтобы творчески применить эту якобы всемогущую "власть пера". Чужими перьями можно только красоваться, как и теми пышными именами, под которыми ныне выступают (несколько неожиданно, но весьма эффектно) наши новые немецкие сограждане, тогда как мы, скромные потомки крестьян и горожан, должны и в будущем оставаться какими-то жалкими Шмидтами, Мюллерами, Веберами, Вагнерами и т.д. (….) Но все-таки "либеральному еврейству" ещё предстоит изрядно потрудиться, чтобы окончательно погубить все оригинальные качества немецкой литературы, чтобы и наши собственные перья годились лишь для игры в непонятные слова, в неверно переведённые и неуместно использованные остроты; наконец, чтобы и наши композиторы овладели замечательным искусством: сочинять музыку, не испытывая вдохновения».

Всё это длинное цитирование для меня важно одним – тем выводом, который мы обязаны сделать, вслед за Н.Мальчевским: «В своей статье Вагнер угадал эту психологическую драму еврейства, его судьбу – жить несобственной жизнью, и вытекающее отсюда стремление: подталкивать к тому же другие народы. Вполне откровенно сказал немецкий художник и о том, что среди самих немцев есть немало желающих поиграть в "национальное самоотречение" – конечно, за определённую мзду, за возможность попасть в число "гениев современности", не имея на то никаких реальных оснований. Вот эта-то интеллектуальная челядь разных национальностей и создает ситуацию "модерна" в культуре любого народа, а сегодня – ситуацию "постмодерна”» (статья «Самый новый шибболет», впервые была напечатана в лучшем русском философском журнале 90-х годов XX века «Русское самосознание» Н.П.Ильина).

Живущие «несобственной жизнью» писатели, естественно, покинули СП России. Но, повторяю, проблемы остались – значит, глупо считать, что все они были связаны с «еврейской партией». Партия эта, отлично чувствуя время, обладая большими способностями быть интеллектуальной челядью, активно осваивала новые формы жизни – именно в 90-е, ставшие для них реальным пиром «гастрономии» (в литературе – ешь не хочу от пирога постмодернизма, причем уже в готовых западных интеллектуальных упаковках – своего-то так и не изобрели!), именно в 90-е были впервые опробованы новые формы. Начался процесс премиализации и фестивализации всей страны: средства государственные и личные, олигархические (нелигитимные) шли с тем же напором, как и жирная нефтяная струя, в строительство «новой культуры», мыслившей теперь проектами, реалити-шоу, - т.е. той самой общедоступностью и демократизацией культуры, превращаемой с помощью «властителей пера» в славу, раскрутку, популярность, известность тех, для кого шибболетом (паролем) стала в принципе идея новизны и творчества без вдохновения – новой России, новой литературы, новой свободы, нового человека и т.д., вплоть (вспомним «авторитетный еврейский голос», писавший Вагнеру) до новой веры – иудео-христианства. Нового и правда стало много, но либеральный проект в России провалился, о чем свидетельствовали и сами носители либерализма по-антисоветски (другого до недавнего времени у нас и не было).

«Русская партия» СПР, и это правда, в массе своей не побоялась и не постеснялась остаться ортодоксальной, консервативной, патриотической, много думающей о прошлом, цепляющейся за него как за спасательный круг. Писатели, действительно, оставались там, «где их народ». А народ не мог измениться так, как это делала интеллектуальная челядь – донная (глубинная) жизнь народа и до сих пор неясна, как видим, нашим политикам и экспертам, так много уже заработавшим на изучении «мнений народных». «Русская партия» проделала в 90-е годы колоссальную работу по открытию обществу многообразия не столько советского, сколько большого исторического пространства жизни русских и России. Работа проделана была грандиозная, но, увы, она ПРОПАЛА для современников. Да, мы все верим в силу возрождения русского народа в любой плодотворный момент истории, а потому не считаем эту работу ненужной, Сегодня этот открытый континент вечной и большой России пребывает для большинства русских, особенно молодых, увы, как бы в свернутом (потенциальном) состоянии, что, естественно, печально. Но ведь при иных исторических условиях, я уверена, все что было продумано и собрано, будет востребовано и развернуто – в национальных школах, например, которые все равно когда-то придется строить. А вот «обратной стороной луны» - изнанкой советской жизни - все больше интересовались как раз либералы. Они с необыкновенным сладострастием и рвением её (изнанку) описывали и выставляли напоказ (кстати, несмотря на дряблость этой четверть вековой правды, она остается востребованной – не смотри новый роман Л.Улицкой, он об этом же, повторяет сказанное!). Но, тем не менее, я считаю, что эта грубая работа была тоже необходима – необходима именно для понимания русских себя и своей истории, для оттачивания честного взгляда на себя.

А вот теперь «советское», с ходом времени, все больше «очищается» собственно от советско-партийного, марксистско-диалектического, примитивно-мировоззренческого. Советское стало только идеей социальных гарантий и справедливости – для новых поколений.

Другой важный момент в деятельности наших русских писателей – они удержали в культуре вообще историзм как принцип; они сохранили ощущение и представление об истории как о том, что расширяет и обогащает пространство жизни всякого человека. Современного в том числе. Хотя этот «современный человек», живущий потреблением, в массе своей превращен в человека, обрубленного со всех сторон, обладающего усеченным сознанием, что до него, вроде как и не было ничего, достойного внимания, а после него – да хоть потоп, ведь от него останется только «лопух на могиле»! Все-таки есть у меня стойкое ощущение, что без борьбы за историю «русской партии» СПР, наше общество одичало бы еще более основательно и быстротечно…Но скажем и о том, что писатели тут не одиноки – самый популярный и мощный исторический сайт ХРОНОС делается одним человеком – Вячеславом Румянцевым!

Но, в своем достаточно мужественном стоянии в 90-е годы, стоянием на одной точке (ортодоксии и консерватизма) «русская партия» и наш СПР проглядели важное: они тоже обязаны были развивать свои идеи, поддерживать идею новизны, развития личности, продумывать свое, русское и христианское понимание свободы, как и критически освобождаться в себе от того, что мешает пониманию себя и росту. Этого не было сделано – все обсуждения, конференции и прочие чтения в СПР с началом нового века были скучны, рутинны, безлики и серы - будто нечего сказать о «носителях русского слова и русского духа», будто не стало его в русской литературе, как нет и не может быть новизны, развития, творческой дерзости в русских писателях. В результате осталось прежнее советское ощущение, что Союз писателей – звучит гордо, нужно и важно; но поскольку эту «нужность» не удавалось реализовать в реальности, то оставалось одно – превращать «своё прошлое» в символический капитал, усиленно стараться прежний престиж продлевать в другом времени, - времени, в котором верные дети России-государства ей были не нужны, а русские писатели, верные СП, но видящие ошибки «пути», тоже оказались не нужны теперь уже самому СПР. Центр СПР стал управляться довольно узкой группой лиц (дела которых были мало кому ведомы) и рассчитывал в основном на энтузиастов типа Р-вой, которые за счастье говорить от лица СПР готовы отдать себя в безвозмездную эксплуатацию надолго, если не навсегда. Я не раз слышала, что русский писатель должен быть нищим, бедным якобы потому, что так он вернее служить своим патриотическим идеалам. С чего это ради голодный будет сплошь об идеалах думать? (Недавняя дискуссия на сайте РП показала прямую зависимость бедности от натужной идеологической возгонки своих чувств; бедность потребовала как мы видели компенсации – в виде идейного лидерства, мозговой распалённости, вплоть до оголтелости, в поиске врагов СПР (и русского народа). Как есть ложная святость, так есть и ложная, больная идейность, превращаемая в подозрительность, искривляющая взор и мысль, что и было продемонстрировано в основном женщинами и Н.Дорошенко, представляющими СПР (а некоторые из женщин и под мужскими именами вели «дискуссию»). Во-первых, быть ли писателю «бедным» - это личное дело писателя. Отдавать ли себя СПР «без остатка» и свои рукописи бесплатно (лишь бы напечатали в «Роман-журнале XXI век», например) – тоже дело приватное, но никак не дело организации утверждать образ жизни писателя. Во-вторых, на стоит делать вид, что «буржуазность» и желание «очень хорошо пожить» не коснулась центра СПР.

Не было денег, скажете, чтобы развиваться? Не было, нет, и представим себе, что не будет - пока не будет ясно, что делать. Но вот создать фонд поддержки критики и направить ее усилия на поддержку русской провинции было возможно? А вместо пышных конкурсов и поездок на пленумы бросить эти деньги на создание единой системы распространения книг через провинциальные организации СПР можно или никак нельзя? Работать с библиотеками тоже было нельзя? Отправить критиков по библиотекам страны с целью пропаганды «другой» - нормальной - литературы тоже архи-трудно? Создать собственный электронный банк данных по книгам, выходящим по всей России через региональные отделения Союза ну просто немыслимо трудно!? Создать электронную централизованную библиотеку произведений лучших писателей России тоже невозможно? Или так и будем кричать, что Интернет и прочие электронные каналы – изобретение дьявола?!

Бескомпромиссным борцам за человеческую «правду» напомню одну историческую ситуацию, рассказ о которой не раз слышала от Леонида Бородина: после победы народного ополчения Минина и Пожарского над самозванцем, из московского КРЕМЛЯ в качестве изменников и предателей выходили в том числе и Романовы. Они, как и многие другие родовитые русские люди, были прощены, а вскоре и решительный конец смуте был положен избранием именно из Романовых самодержца на русский престол! Но такая логика истории дискутантам от СПР, видимо, не доступна в их страстном судилище над другой правдой.


Примечания:

* «В начале горбачёвской перестройки (…….) меня избрали заместителем председателя жилищной комиссии Союза писателей. То была вторая по значению комиссия в Союзе (после приёмной, ибо «поступить в писатели» тогда было очень трудно). Мы распределяли квартиры, хорошие и бесплатно, что сейчас кажется чем-то невероятным. В работе нашей комиссии, как и во многих иных общественных и даже государственных организациях, чётко, хотя и негласно, соблюдался принцип двоичности – наличности русской партии и еврейской. Свидетельствую, что в этой важной и сугубо деловой сфере обе партии действовали разумно и успешно. Скажу, например, что в ту пору хорошие квартиры получили известный П.Палиевский и еврей А.Нежный, заметный тогда публицист. (….) Короче говоря, оба крыла нашей литературной «птицы» махали слаженно, и летала она в тогдашних взвихренных небесах вполне спокойно. Приятно вспомнить. Случаев подобного плодотворного сотрудничества русских и евреев было тогда крайне мало, но они имелись, и в этом проглядывается возможное будущее. Теперь уже можно спокойно рассказать. Как мы хорошо сотрудничали с первым в конце 80-х полом Израиля (…) Арье Левином. Он выказывал себя убежденным израильсикм патриотом и полагал, что сотрудничество с патриотическими же силами в России плодотворно в настоящем и будущем. Намечались далеко идущие планы, и не только со мной (я был тогда первым заместителем Всероссийского фонда культуры), но и с такими видными русскими деятелями, как Ф.Кузнецов , В.Распутин, и другими.» (С.Семанов. «Быть русским достойно есть», Наш современник, № 1, 2010.) Добавлю от себя, что название статьи – ужасное!

Продолжение следует

Капитолина Кокшенева


Добавить комментарий: