Главная | Главная тема | 

Пешки в большой игре

Роман то напоминает стенограмму какой-то производственной летучки, то колонку из газеты «Коммерсантъ». Местами чуть ли не статистика, вплетающаяся в художественную ткань повествования, или наоборот…

О романе Геннадия Старостенко «На черной реке»

Что мы знаем о нашем северном крае, о том, что там сейчас происходит? Обо всех этих огромных территориях: Коми, Ямало-Ненецкий автономный округ, Ханты-Мансийск, Усинск и т д.? В новостях нам всё больше о другом рассказывают: там, в большом глянцевом мире саммитов, шоу-бизнеса, тусовок по любому случаю как-то всё вертится в столичных пределах. Если же вдруг и промелькнет какая-нибудь новость с других рубежей, то это окажется либо оленеводческий праздник в тундре, либо пуск новой очереди чего-то вахтовиками Заполярья. В последнем случае информация даётся в подзабытом, но привычном жанре трудовых подвигов ушедшей в прошлое советской поры. Словом, несут свою трудовую вахту труженики Заполярья на благо Отчизны вот уже который год несмотря ни на какие общественно-политические катаклизмы…

Благодаря роману Геннадия Старостенко «На черной реке» читатель, что называется из первых рук, может узнать, чем и как живёт сегодня русский Север, вернее, как на самом деле осуществляется эта самая «трудовая вахта». Название романа символично: если река черная, то понятно, что речь пойдёт о нефти. На то же сразу указывает и эпиграф: «нефть – это наше всё», – обрубающее всякую лирику признание нефтяного олигарха.

Перед нами рассказ о том, какими методами укореняются «этапы капиталистического строительства» и к каким берегам утекает «черная река». Глаз поначалу спотыкается о многочисленные техницизмы. Обсуждаются «технология оптимизации маршрутов транспортировки нефти и вопросы взаимодействия с транспортниками», «ценовые коррективы на ближайший квартал». Понятное дело, что читателя погружают в некое информационное поле. Автор как бы не доверяет то ли читателю, то ли самому себе, считая, что без всего этого ему не поверят.

Роман то напоминает стенограмму какой-то производственной летучки, то колонку из газеты «Коммерсантъ». Местами чуть ли не статистика, вплетающаяся в художественную ткань повествования, или наоборот… Постепенно автор от этого уходит, да и как ему не уйти, если сюжет развивается по своим законам, отличным от журналистских расследований и аналитических газетных статей. И когда в тексте романа появляется выражение «все эти садистские детали и технические подробности», то поневоле с ним соглашаешься, хотя и принадлежит оно отрицательному персонажу. Но это так, можно отнести к издержкам…

Я знаю только одно правило написания подобных романов: забыть то, что знаешь (а автор, безусловно, хорошо знает, о чём пишет), и писать не о своём знании, – оно ведь всё равно вылезет, его никуда не спрячешь, проявится в значимых деталях, а не в подавляющей основе, – потому что дело не в том, как определяются «отражающие горизонты, контуры водонефтяных и прочих контактов», и не в «разных видах проницаемости и пористости породы», и не в «условиях залегания пластов, древних тектонических процессов, приведших к образованию антиклинальных ловушек», а дело в людях, в их отношениях между собой. Представьте, например, Чехова, который при всём своём медицинском образовании, принялся бы в рассказах щеголять специальными терминами, в итоге немилосердно перегружая повествование. К счастью, он этого не делает, а рассказывает про окружающую жизнь и про людей в ней. В конечном счёте, и роман Старостенко об этом тоже начинает рассказывать.

Читатель погружается в почти детективную историю, отсчётом которой служит отравление шестерых оленеводов-ненцев, умерших друг за другом от избыточного употребления неизвестной спиртосодержащей жидкости. Сразу же скажу: вот вполне достойный материал для действительно интересного телесериала, а не нынешнего тупого мочилова или тошнотворного глянцевого мыла. Это история о том, что сопротивляться так называемому «мейнстриму» или глобализации опасно для жизни. Рассказ про то, как самые обыкновенные люди, далёкие от холодных политических расчётов, сами того не подозревая становятся невольными пешками в большой игре на миллиарды, для которой нет государственных границ. Хроника скрытой для глаз многих войны – войны за энергетическую безопасность.

Но не все хотят быть пешками. В романе есть ярко выраженный положительный герой, начальник отдела бурения нефтяной компании, вокруг которой и разворачивается интрига, Валерий Харлампиди, по прозвищу Грек. В нём всякой крови намешано: русской, греческой, ненецкой… Может быть, ещё и поэтому ему не всё равно, что происходит в этой стране, как не всё равно было, что происходило и в той, которой уже нет. Ему важно установить правду, докопаться до истины, даже если бы это представлялось всем совершенно безнадёжным занятием.

Его антагонист – директор нефтяной компании Нил Тихарев; имя и фамилия явно говорящие. При советской власти сидел, при нынешней – расцвёл уже под прозвищем Откат, обогатился своей властью над природой и людьми. Грек терпеть не может эту новую породу, «таких же мордатых, шкафоподобных и приземистых»; в свою очередь сам он Тихареву иной раз представляется «неким Ланцелотом». Тем не менее, и Ланцелоту Греку, и «коллекционеру человеческих душ» Тихареву однажды приходится объединиться – пусть даже на короткое время, – и заставляет их это сделать тот самый «мейнстрим», западный капитал, определивший Россию, как сферу своих жизненно важных интересов.

Тихарев думал, да нет, он был уверен, что его никто не сможет потеснить с насиженного места, что его княжеское, самодурское правление на века, что он тут, на Севере, хозяин своей земли. Но иначе думают предприимчивые люди с Запада, посланцы упорядоченного, приручённого, не хаотичного и непредсказуемого мира, «западоиды», относящиеся к России, как к колонии, из которой надо выжимать всё по максимуму, до бесплодия. Вот в чём смысл политики проникновения на российский рынок, совместного освоения природных ресурсов, прикрываемых словами о «колоссальной ответственности за судьбы цивилизаций и культур». Действуют «западоиды» не так нахраписто, как Нилы Тихаревы, тем не менее ещё более настойчиво. У них другие методы: фальсификация, подкуп, шантаж и даже убийство. Естественно, в последнем случае дипломатичные по воспитанию «белые воротнички» совершенно не причём. Это просто аборигены по пьянке что-то между собой не поделили. Совсем, как индейцы когда-то в Америке.

Как и положено добротному роману, у него есть пространство, действие разворачивается не только «на черной реке», но охватывает широкую географию. Москва, Майорка, Балеарские острова, голландский город Утрехт – вот точки, в которых решаются судьбы многих тысяч вахтовиков Заполярья, простых рабочих людей, не знакомых с мировой экономической и политической математикой.

Кстати, роман Старостенко даёт ещё один повод, чтобы поговорить о рабочем классе, вернее, о том, куда он подевался. Естественно, предположить, что классовый враг капиталистов в наше время попросту уничтожен, хотя вот так напишешь «попросту» и сам себе удивишься: как это так «просто» могло произойти с миллионами людей, которых реформы рассовали по рынкам да ларькам торговать, чем придётся? А где профсоюзы, стоящие на защите их интересов? Нам же объясняли, что в советское время профсоюзы были какие-то не настоящие, не такие, какие существуют во всём цивилизованном (читай: капиталистическом) мире, ну и где же они, если теперь вовсе никаких нет? Так какое же общество на самом деле мы построили или продолжаем строить вот уже двадцать лет?

Само понятие «рабочего класса» исчезло, оно превратилось в какой-то пережиток сталинской эпохи. Вахтовик Захаренко вспоминает, как жили при советской власти: «и свободно жили-то, и деньгу зашибали приличную…» И дальше, уже мысли самого Грека: «Люди стали простенькими… сидят такими опятами на пенечке и тихо радуются…» Ну так и понятно: попробуй, высунься и скажи слово правды, вмиг окажешься на улице. В этом смысле показательна история с несправедливо уволенным рабочим Авдейкиным, который вдруг решил заявить о своих правах. Рабочий класс неожиданно превратился в бесправных рабов, – их можно запросто выгнать или продать другому хозяину. В худшем положении, чем рабочий человек, оказались только коренные жители, ненцы, тех можно вообще вычеркнуть из жизни, смахнуть как пыль.

В важном споре в сауне начальник отдела добычи Погосов говорит Греку: «Пойми, здесь всё потеряно для нас, разумных существ. Давно уже и породу извели…» Погосов советует всем порядочным людям уезжать из этой страны. Однако Грек не хочет быть быдлом, пешкой, «опёнком на пенёчке», он хочет нормального положения вещей: «чтобы дураков и уродов, как и парникового эффекта, было меньше на земле». Потому Грек и не сдаётся, и, кажется, один идёт до конца. Да, он классический герой-одиночка, его миссия – наказать зло…

Среди технических предписаний и инструкций у Геннадия Старостенко можно обнаружить любопытные изюминки. Так про местного мента по прозвищу Усатый Нянь можно узнать, что он представлял собой «невообразимый синтез правоохранителя и пирата одновременно». Интересна история знакомства Грека с доктором с Толвы, Анной Тушиной. Когда он увидел её впервые, то дал ей такое определение: «смотрящая на солнце», но затем сделал поправку: «Нет, надо подобрать иное – а то получается что-то вроде «идущих вместе».

Они бы действительно могли идти вместе по жизни: Валерий Харлампиди, по прозвищу Грек, и врач Анна Тушина, но жизнь, кажется, не даёт им этого счастья. Финал у романа остаётся открытым – таким, чтобы читатель мог представить себе либо худшее, либо лучшее. Всё зависит от того, во что каждый из нас верит.

Виктор Никитин


Комментарии:

10-03-28 18:30 Лана
Роман у Старостенко интересный, я бы даже сказала, захватывающий.И тут много составляющих и экзотика - ненцы, нефть, Заполярье, и детективная история с отравлением и любовная линия. А главное, как выразился Виктор Никитин, изюминки, стиль, сочное, яркое слово. Вы же, господин Никитин, пишите о романе как-то скучно, куцо, действительно как на передовицу "Правды". Мне вот только про рабочий класс и запомнилось, ах, простите, еще про профсоюзы. Ответить
10-04-12 18:36 Людмила
Роман хороший, а главное написал Старостенко, ярко, его герои живые, мне кажется, что по роману можно снять неплохой фильм, он будет пользоваться успехом Ответить

Добавить комментарий: