Главная | Главная тема | 

Герман Садулаев «Бич Божий»

Герой Садулаева одинок, несчастлив, он живёт в предчувствии катастрофы и смерти. За его плечами - беда, горе, но и впереди - беда. На этой границе ему приходится жить, но воспринимать жизнь как обычный человек он уже не может

В новую книгу Германа Садулаева «Бич Божий» вошло восемь рассказов: «День, когда звонишь мёртвым», «Бич Божий», «Оставайтесь на батареях!», «Partyzanы & Полицаи», «Это делает бог дождя», «Survivor», «Блокада» и «Шум».

В своих произведениях писатель обращается к жанру очерка, эссе, публицистике, жанрам прямого высказывания, где читателю нет необходимости расшифровывать авторскую мысль. И здесь же – фантастическое, мифическое, магическое, иррациональное. В итоге получается не сплав, а, скорее, «проза-пазл», с явно видимыми швами, где сердцевиной является образное начало, за счёт которого и держится вся конструкция. Но такой мозаичный стиль часто работает против текста. Иной раз кажется, что читаешь не рассказ, а конспект, находишься где-то на лекции (и не только в «Это делает бог дождя», где события разворачиваются непосредственно в университетской аудитории). Так, «Оставайтесь на батареях!» воспринимается как нечто среднее между беллетризованным очерком и публицистической статьёй.

«День, когда звонишь мертвым», рассказ с сильным финалом, в целом требует большей плотности, точности каждой фразы. Иносказательная история с многообещающим названием «Partyzanы & Полицаи» оказывается скучна. Да, Прохор Залепин, да, Сергей Шуганов, и Франц Балалаев. Пересказ учебника истории, скрещенный с фельетоном. В большей степени выглядит цельной притча о блаженном Кольке - «Бич Божий», где события разворачиваются в предвоенной Чечне. Странный русский человек, быт чеченского села, отзывчивость местных людей, детское любопытство. «Только духовные люди могут пасть. Только для них приберегает враг рода человеческого самые хитрые соблазны. Мирские люди, ползающие по дну обусловленного существования, дьявола не интересуют. Они и так в его власти». И всё закончится войной. Как в жизни.

«Survivor» рассказывает о горожанине, который деловито готовится к грядущему Апокалипсису в отдельно взятом мегаполисе. Рассказ напоминает обывателю, что мир его хрупок. Также в осаде город из рассказа «Блокада», небольшом, ёмком, героиня которого тоже не от мира сего. Хотя именно она и видит, как всё обстоит на самом деле.

Воннегут во «Времятрясении» пишет, что «сочинители историй, написанных чернилами на бумаге, делятся на каратистов и боксеров. Боксеры пишут рассказы быстро, наспех, как Бог на душу положит. Затем они набрасываются на них снова, переписывая то, что просто ужасно или не подходит, исправляя остальное. Каратисты пишут по одному предложению, шлифуя его прежде, чем приступить к следующему. Когда они заканчивают писать, рассказ действительно закончен». Сложилось впечатление, что Герман из боксеров, но вот переделывает ли он, написанное быстро?

Герой Садулаева одинок, несчастлив, он живёт в предчувствии катастрофы и смерти. За его плечами - беда, горе, но и впереди - беда. На этой границе ему приходится жить, но воспринимать жизнь как обычный человек он уже не может. «И когда времени от начала становится больше, чем до конца, когда ты становишься ближе смерти, чем рождению, ближе к мертвым, то начинаешь слышать их голоса, а они слышат твой».

И лишь живые не слышат друг друга. «Только шум, шум, все кричат, толпятся, вот включен телевизор, вот радио, реклама, выпуски новостей, орут… и ничего не доделано, недодумано, ему нужно было только несколько часов тишины». Жизнь по накатанной, дом – работа – дом, паутина ежедневности, важное – на потом. Не успел осуществить мечты, не успел побыть с дочерью, позвонить умирающему другу... Время между жизнью и смертью должно быть наполнено смыслом, но всегда ли получается так?

Для героя важно отношение к смерти. Её не нужно бояться. «Скорее, смерть — часть плана, по которому потом все обязательно станет хорошо. … когда я был еще ребенком, совсем маленьким, если меня обижали или просто становилось грустно, я тогда думал себе: ничего. Это все ничего. Все равно я умру. И становилось так сразу легко и спокойно. И так мелко, так ничтожно все остальное». Смерть – точка отчёта, когда можно встать перед Богом и сказать: «Я, маленький человек, потерянный в мире и потерявший всё, что мог потерять, несчастный и усталый, не верящий в себя и не имеющий никакой надежды, - делал то, что считал правдой и долгом». Смерть – это возвращение домой, уже навсегда. «Зачем мне вообще что-нибудь вечное — здесь, когда вечен я буду в другом месте?»

Судьба главного героя – это «судьбина пилигрима», где неизбывна тоска по небесной Родине, откуда нас отправляют сюда на задание; по большой и любимой стране, в которой родился и которая исчезла с карты мира, оставив осколки; по земле, не знавшей ни Первой, ни Второй чеченской, по солнечному детству. Герой чувствует себя чужим и в Чечне, и в северной столице. «В одном городе меня мордовали за то, что мать звала меня Ваней, а в другом – за то, что отец называл Анваром». Но в то же время он неравнодушен к сегодняшнему дню, всё происходящее вокруг писатель воспринимает как личную трагедию. «Пока мы живы, нам не должно быть безразлично, как устроено общество. Добро и справедливость – Его пути, ведущие к свету. Зло, ложь, насилие уводят в противоположном направлении».

В подзаголовке сборника – «Партизанские рассказы» отражается отношение Садулаева к текущему положению дел в России и к роли писателя. Наша Родина оккупирована. Предателями, подлецами, ворами. Злом, несправедливостью, моралью, которая аморальна. «Мои книги созданы из отчаянья», - как-то написал Герман. И вся публицистичность, злободневность его рассказов – отсюда, из этого отчаянья, когда понимаешь, что изменить настоящее можно только словом. Сквозь шум телеящиков, транслирующих успокаивающее «всё нормально», сквозь обывательский уют – да ладно, жить можно, терпимо, Садулаев пытается докричаться: «Так нельзя». Нельзя, чтобы жизнь человека обесценилась, чтобы всё решали деньги. Нельзя уничтожать свой народ.

Две параллельные истории разворачиваются в рассказе «Оставайтесь на батареях!». Обычный российский город, предвыборный штаб оппозиции, редактор газеты. «В город стянуты подразделения ОМОНа из других регионов, якобы для проведения антитеррористических учений. Для той же цели из гарнизонов выдвинуты части внутренних войск и зачем-то танки». Гражданская война в Испании, Герника перед налётом немецких самолётов. «Нам неоткуда ждать помощи. У врага десятки самолетов... Они будут сбрасывать бомбы, они будут расстреливать нас из пулеметов. А мы – мы должны оставаться на батареях… Делайте то, что должны делать. Заряжайте, наводите, стреляйте, залп за залпом. Оставайтесь на батареях».

И что бы ни было, сам писатель остаётся на батареях…


Комментарии:

11-12-20 08:36 Keyla
Gee whiz, and I thgouht this would be hard to find out. Ответить
13-10-25 11:08 Shiori
It's imptraeive that more people make this exact point. Ответить
13-10-25 21:17 Atifali
I'm shckeod that I found this info so easily. Ответить
13-12-08 18:37 Bunny
levitra online free quote auto insurance levitra on line online auto car insurance quotes nj car insurance tadalafil no prescription online quotes for auto insurance Ответить
13-12-13 04:49 Dotty
Cheap Car Insurance Quote generic cialis for sale auto insurance rates online college degrees brokers insurance auto california car insurance for teens price Ответить

Добавить комментарий: