Главная | Главная тема | 

Кому нужен раскол?

Надо ли оппозиционной патриотической газете влезать в неприятные всем имущественные и финансовые споры по переделкинским дачам?

Я не скрываю, при всей широте своих взглядов, при всей любви к талантливым текстам самых разных направлений и взглядов, уже десятилетия мне наиболее близка концепция русской национальной литературы, взятая на вооружение журналом «Наш современник». Это – наиболее близкий мне журнал. Его литературная, национальная, державная позиция – это и моя позиция.

Мне почти не о чем спорить с его ведущими авторами, замечательными русскими писателями. Да и сейчас пристально слежу за публикацией глав новой остропублицистической книги Станислава Куняева, читаю прозу Александра Сегеня и Владимира Крупина, публицистику Саши Казинцева и Сергея Семанова, яркие стихи Эдуарда Балашова, Алексея Шорохова, Владимира Берязева. Впрочем, это и мои авторы.

Так почему же передо мной вдруг встает вопрос: уходить или не уходить из состава общественного совета журнала? В этом совете состоят в основном все мои друзья, наставники и единомышленники, от Василия Белова и Михаила Лобанова до Глеба Горбовского, Валентина Распутина и Сергея Небольсина. Нет у меня с ними никаких расхождений. Есть лишь желание сообща делать журнал знаменем русской национальной литературы.

Хочу разобраться в своей проблеме, а так как это проблема не личная, не узко-бытовая, выношу её на читательский суд. В конце концов, это не разрыв одного гражданина с другим, а осознанный разрыв отношений главного редактора ведущего патриотического журнала с главными редакторами двух патриотических газет. За каждым из изданий сотни авторов, десятки, сотни тысяч читателей. И поневоле мы несем ответственность перед читателями и авторами изданий за наши поступки. Для начала, надо ли нам смешивать писательский быт и само творчество писателей.

Станислав Юрьевич Куняев недавно сначала обратился к Александру Проханову и заявил, что разрывает с ним навсегда всяческие связи, не желает быть с ним знакомым. Не успокоившись, позже он позвонил и мне, также сказал, что до конца дней своих не желает поддерживать с Прохановым и мною какие-либо отношения. В чем причина? Дело в том, что газета «Завтра», обсудив на планерке письмо, написанное Куняевым и подписанное группой писателей, письмо об имущественных спорах в Международном литературном фонде и о переделкинских дачах, приняла решение – не печатать его. Это было, кстати, не только мнение главного редактора Александра Проханова или мое, об этом говорили и сотрудники секретариата, далекие от всяческих литфондовских дел. Надо ли оппозиционной патриотической газете влезать в неприятные всем имущественные и финансовые споры по переделкинским дачам?

До письма Станислава Куняева к нам не раз обращались представители другой стороны в этом имущественном споре, такие же наши общие друзья, как Феликс Кузнецов, Юрий Поляков, Владимир Еременко, Владимир Личутин, утверждая свою правду, свою позицию. Мы предпочли не влезать в этот чисто имущественный, крайне сомнительный со всех сторон спор. Кто бы ни был прав, не дело виднейших русских писателей, не дело идеологической газеты защищать ту или иную сторону. Есть суд, есть арбитраж, есть издания, специализирующиеся на такой бытовой тематике.

Мы готовы и дальше, как уже делаем 20 лет, бороться, вплоть до закрытия газеты, за интересы русского народа, русской литературы, русской державности, мы публиковали и подписывали достаточно резкие письма, начиная со знаменитого «Слова к народу», составленного в нашей редакции, и кстати, не подписанного тем же Станиславом Куняевым. Мы не боимся самой острой идеологической, политической, литературной борьбы, за что неоднократно подвергались гонениям и прямым физическим нападениям. Достаточно вспомнить, как стены моего подъезда были разукрашены угрозами в мой адрес, а на третьем этаже, у моей квартиры меня поджидала кампания воинствующих либеральных молодчиков, с разбитой головой я оказался в больнице. Такие же нападения были и на Проханова. Были и уголовные дела, заведенные против нас ельцинским режимом за призывы к свержению строя. Это была наша общая борьба.

Мы продолжаем её и сегодня, ничуть не отказываясь от своей былой позиции.

Но является ли идейным или литературным спором, решающим судьбы русской литературы, мнение о том, как пишется в куняевском письме, что «Георгий Зайцев самовольно воздвигнул на литфондовской земле без всякого разрешения баньку»? Знают ли читатели общероссийской газеты «Завтра» кто такой Георгий Зайцев? Какое им дело до его баньки? Но даже, если дело касается общеизвестного писателя, так ли уж важно и интересно читателям, переживающим за судьбы нации и государства, что «…кстати и Ю. Поляков в том же Видновском суде в том же 2003 году и в один день с Евтушенко провернул ту же комбинацию с дачным участком, пообещав впоследствии поставить свой новый особняк на баланс Литфонда, но как дал слово, так и взял его обратно…». Вот споры о прозе Юрия Полякова мне интересны, споры о той или иной идеологической позиции «Литературной газеты», им возглавляемой, принципиальны и важны. Споры о его даче, построенной им самим на выгоревшем месте на его писательские деньги, даже, может быть, с какими-то нарушениями законодательства, газете «Завтра» принципиально неинтересны. Это дело судебных и прочих инстанций. Более того, Станислав Куняев о нашей позиции не участвовать в литфондовских спорах хорошо знал и раньше. Зачем же нес нам в газету письмо?

Читатель спросит, а зачем самому Куняеву, известному поэту, публицисту, главному редактору «Нашего современника» с достойной репутацией одного из лидеров русского национального движения все эти чисто хозяйственные, корыстные дачные споры? Дело в том, что с некоторого времени Станислав Куняев стал председателем одного из противодействующих Международных литературных фондов.

Я как-то уже писал, что я – противник всех этих липовых, завязанных на земельных и финансовых интересах псевдомеждународных литературных организаций, организованных на обломках богатейшего Союза писателей СССР. Какие международные писательские союзы, какие международные литфонды? Во всех остальных четырнадцати республиках бывшего Советского Союза все помещения, дома творчества, поликлиники и тому подобное богатейшее имущество бывшего Союза писателей СССР, построенное в основном на деньги Москвы и России, логично перешло в ведение национальных писательских организаций. Или самому государству. Кому принадлежат Дубулты или Пицунда, Ялта или Коктебель – богатейшие писательские дома творчества, - организациям или собственникам Украины, Латвии, Азербайджана, Абхазии и других государств, на территории которых они находились. Кому угодно, только не России. Так что спор изначально фальшивый с двух сторон. И почему за переделкинские участки вдруг борются Гонашвили Маквала – председатель правления СП Грузии, Мехмон Бахти - председатель СП Таджикистана и другие молдовские и кыргызские писатели, подписывая это письмо Станислава Куняева? Или и им уже что-то пообещали?

С другой стороны, на фланге Феликса Кузнецова и Юрия Полякова тоже активно участвуют в этом переделкинском имущественном споре отдельные иностранные граждане стран СНГ – Казахстана, Азербайджана и Киргизии. Какое им всем дело до подмосковной земли, кому бы она ни принадлежала?

Все эти организации, воюющие друг с другом, должны быть ликвидированы, и все имущество должно быть передано Союзу писателей России и Литературному фонду России. По крайней мере, так легче будет разобраться, решить все имущественные споры. А еще лучше и Литфонд России должен быть объединен с Союзом писателей России, как некий писательский центр, объединяющий писателей всех направлений, национальностей и возрастов. Помню, вносил это предложение еще на последнем съезде Союза писателей СССР, когда во главе литфонда стоял еще Валерий Поволяев, не прошло.

Нам в газете «Завтра», ни Проханову, ни мне, ни остальным сотрудникам и авторам – делить в Переделкино нечего, нет у нас никакой личной заинтересованности. Но нет её и у сотен тысяч читателей «Завтра», и потому все подобные споры – не для нас. Хотя не скрываю, имущественный спор был предопределен. Не секрет, что все девяностые годы, годы крайней разрухи, никакой литфонд не занимался ремонтом канализаций, крыш, да и самих зданий, всё осознанно поручили самим дачникам. Ими были вложены немалые деньги с поощрения самого литфонда, вот и надо с этим не спеша разбираться. Не выдавая хозяйственный спор за литературный процесс.

Если честно, то меня удивило, что в этот чисто имущественный спор вмешались писатели мирового уровня, ибо письмо Куняева подписали и Валентин Распутин, и Владимир Крупин, и Виктор Лихоносов. Даже если Станислав Куняев на тысячу процентов прав, какое дело писателям такого уровня до баньки Жоры Зайцева или до зарплаты в литфонде Феликса Кузнецова или Станислава Куняева?

Автор письма сам о себе пишет: «Станислав Куняев, избранный председателем МЛФ на V конференции в апреле 2008 года, узнав о трудном финансовом положении организации, предложил, чтобы в отличие от предыдущего председателя Ф.Ф. Кузнецова (получавшего в течении пяти лет более 100 тысяч рублей в месяц и появлявшегося в Литфонд только в день зарплаты), ему выплачивалась бы зарплата вдвое меньше…». Но ведь, и Станислав Куняев тоже появляется в литфонде далеко не каждый день, и надо ли ему хвастаться тем, что, кроме всех остальных доходов, еще и 50 тысяч в месяц в каком-то международном литфонде получает?

Дело ли известных писателей влезать в подобные дрязги? Станислав Куняев, как дымовую завесу , запустил в письме обвинения в адрес наших вечных врагов – Евгения Евтушенко и «Московского комсомольца», Мол, это их мы обвиняем. Но спор-то в письме идет совсем о другом. «МК» просто напечатал или, скорее, перепечатал одну из нашумевших литфондовских историй. Им до писателей и дела нет, обыграли скандал, и ладно. Американец Евгений Евтушенко, приватизировавший свою дачку на заре перестройки, еще в период дружбы Феликса Кузнецова и Ивана Переверзина, крайне редко появляется в Переделкино, и даже готов с шумом подарить эту дачу каким-нибудь сиротам. Мое отношение к нему известно, читайте в книгах, но и ему дела нет до имущественных литфондовских споров. Скорее, против Куняева и Переверзина держатся иные «жидомасоны» - Дмитрий Жуков, Владимир Личутин, Юрий Поляков, Владимир Еременко, Надежда Кондакова и другие. Вот и поставил бы их честно Станислав Куняев в письме на первое место, чтобы видно было, с кем и о чем спор идет. Думаю, Валентин Распутин или Виктор Лихоносов подписывать такое письмо не стали бы. Потому и прикрылся автор письма «развязностью» «Московского комсомольца» и американцем Евгением Евтушенко.

В разговоре и с Прохановым, и со мною Станислав Куняев всё аппелировал к Леониду Бородину, которому, мол, никак не могут дать дачу в Переделкино из-за засидевшихся там писателей. Во-первых, не знаю, давал ли право щепетильный Леонид Иванович в таких имущественных спорах использовать его имя. Во-вторых, за последнее куняевское время правления в литфонде, дачи в Переделкино были даны Юрию Коноплянникову, Льву Котюкову и Владимиру Середину. Для Бородина места в обойме Куняева не нашлось. Неужто это писатели покрупнее Леонида Бородина?

Впрочем, побивать одних писателей другими, особенно из-за дачных мест, самое последнее дело.

Может, и окажется в истории литературы Юрий Конопляников более масштабной фигурой, чем Леонид Бородин, или даже Станислав Куняев. Всё к тому идет.

Как-то неприятно меня поразила подпись любимого мною Василия Ивановича Белова. Уже совсем по другой причине. В конце концов, Валентин Распутин и Владимир Крупин и сейчас несут ответственность за свои слова и поступки. Так решили, им виднее. Хотя, не представляю письмо за подписью Эрнеста Хемингуэя, Уильяма Фолкнера, Германа Гессе, Маркеса и Кортасара, направленное на решение какой-то чисто бытовой имущественной, или дачной проблемы. Да и за судьбы помещичьего имения «Ясная поляна» Антон Чехов и Максим Горький не переживали. Протесты в адрес семьи, отобравшей все имущество при жизни великого гения, не писали.

Но дело другое – Василий Белов. Сегодня это, увы, достаточно больной человек, (дай Бог ему сто лет жизни), вряд ли хоть чуть разбирающийся в проблемах литфонда. Надо ли ставить его подпись? Кто берет на себя ответственность за его подпись? Даже если бы это письмо было посвящено гораздо более важной проблеме, из уважения к его годам и его болезненному состоянию лучше бы не ставить его подпись ни под какими письмами. Не дай Бог, это окажется последним литературным творением, под которым будет стоять подпись Василия Белова. То-то будет радость всем его нынешним и будущим врагам. От «Бани Белова», блестящего классического стихотворения Анатолия Передреева до никому не ведомой баньки Георгия Зайцева. Это и есть уровень понижения современной русской национальной литературы.

Спросят иные, зачем я всё это пишу? Так и не писал бы с удовольствием, пусть спорят себе оппоненты по судам и арбитражам, мне до них никакого дела нет, но, с какой стати главный редактор «Нашего современника» резко рвет с Александром Прохановым и мною все деловые и творческие отношения всего лишь из-за отказа публиковать в нашей газете это имущественное письмо, написанное явно в адрес судебных инстанций? И тут уже чисто имущественный спор превращается в идеологическую и общественную проблему.

В свое время, когда после очередной перепалки из редколлегии «Нашего современника» вышли мои друзья Александр Проханов и Владимир Личутин, они и мне предлагали выйти. Я же спорил с ними. «Наш современник» - это не личный журнал Станислава Куняева, - убеждал я, - вчера Сергей Викулов (который и создал мировую славу журналу), сегодня Станислав Куняев, завтра будет иной, новый русский писатель, но это же трибуна русской национальной мысли, это же журнал всех талантливых русских писателей. Воюйте, спорьте с Куняевым, но оставайтесь в редколлегии. Наша задача всех объединять, делать общее русское дело, надо ли потворствовать расколу?

Сейчас я этот вопрос задаю сам себе. «Наш современник» - это знамя русской национальной культуры, или же личная собственность Станислава Куняева? Должны ли разногласия, не идейные, не политические, не эстетические, а какие-то имущественно-литфондовские приводить к изменению политики литературного журнала?

Понимаю крайне остро, как правы были советские руководители, категорически запрещавшие совмещать две и более важных должности. Ибо каким величием замысла должен обладать человек, которому самые острые споры в одной, по сути завхозовской организации (что такое любой литфонд, как не объединение завхозов и домоуправов? - в самом хорошем смысле этого слова), никак не должны мешать идейной и творческой политике в знаменитом русском журнале?

Пусть спорят и воюют в литфонде с тем же Куняевым Дмитрий Жуков и Владимир Личутин, Владимир Еременко и Юрий Поляков, но в журнале они по-прежнему должны были оставаться желанными авторами. Ведь, разрыв отношений, о которых нам с Прохановым говорил Куняев, подразумевает и разрыв творческих отношений с журналом «Наш современник»? Так ли это?

Я, как критик, вижу на поле русской национальной литературы именно сегодня полный раскол и раздрай. Уже не либералы борются с патриотами, не евреи с русскими, не коммунисты с антисоветчиками. Авторы «Нашего современника» сегодня, как правило, нежелательные гости в журнале «Москва». Авторы «Литературной газеты» сегодня неприемлемы для «Нашего современника» и наоборот. Теперь уже авторы и сотрудники газет «Завтра» и «День литературы» становятся враждебны «Нашему современнику». Думаю, и Станислав Куняев, написав яркую полемическую статью, вряд ли понесет её в газету «Завтра». Если честно, даже обидно за него, яркий публицист, напишет крайне острую полемическую статью, и некуда нести. Ни «Литературка», ни «Литературная Россия», ни теперь «День литературы» и «Завтра» его не напечатают. Разве что, «Московский комсомолец» из вежливости. Придется любой его статье ждать до выхода журнала. И кому это надо? Наособицу держится «Литературная Россия». Набирающий силу в интернете Гражданский литературный форум прежде всего воюет с сайтом «Российский писатель» и Союзом писателей России. Свои особые позиции и у Московского Союза писателей. Именно о таком русском раздрае и мечтали всю жизнь наши идейные и литературные оппоненты.

Русское национальное литературное поле раскололось , как минимум, на пять фрагментов. Во имя чего? Во имя какой большой идеи? Даже, если бы мы с Прохановым сто раз были неправы, не напечатав его литфондовское письмо, имеет ли право ответственный руководитель самого значимого русского литературного журнала идти на разрыв отношений? Меня журнал «Москва» за весь период работы в нем моего друга Леонида Бородина ни разу не напечатал, хотя именно в «Москве» были опубликованы мои самые шумные статьи «Очерки литературных нравов» и их продолжение в период Михаила Алексеева. Ну и что, мне надо было рвать все отношения с Бородиным? Любой поэт, прозаик, публицист по разным причинам вдруг не публикуется в своем привычном издании. Это нормальная литературная жизнь. И потому я отказываюсь связывать этот разрыв отношений с отказом от публикации какого-то имущественного письма.

Увы, в русском обществе всё созрело для раскола по всем направлениям. Нужна только искорка, и полетит вся Россия.

И потому, сегодня мы имеем дело скорее с нынешней расколотостью русского национального сознания вообще. По любым поводам, по любым причинам вместо собирания земель, энергий, талантливых творений мы видим расползание, раскол и внутреннюю непримиримость не к врагам, а к былым друзьям и союзникам.

Казалось, еще недавно у нас в «Дне литературы» вышла интересная беседа Сергея Куняева, в «Завтра» яркая статья Станислава Куняева. В «Нашем современнике» вышел один из лучших прохановских романов «Стеклодув», и совсем недавно беседа со мной. Ничто не предвещало никакого раскола. И вдруг , по велению обиженного Станислава Куняева – всё вдребезги.

Как-то можно его понять, загнанный в угол решениями судов, написал письмо, сумел организовать такие подписи, что впору их использовать в новом «Слове к народу», и вдруг, несмотря на все подписи, ни одна газета не берется публиковать. Ни «Литературная газета», ни «Литературная Россия», ни «Завтра», ни иные… Выставляет письмо на своем сайте «Российский писатель» Николай Дорошенко, и через пару дней почему-то срочно убирает. Как тут не обидеться на весь мир.

И всё-таки, это письмо Международного литфонда, оно ни к судьбам России, ни к судьбам русской литературы никакого отношения не имеет, это скорее письмо в судебную инстанцию. К журналу «Наш современник», к его творческой, эстетической , идейной и национальной политике письмо тем более не имеет никакого отношения.

Не скрываю, я всегда гордился своим членством в составе редколлегии, позднее общественного совета журнала, отнюдь, никогда не используя его для собственных нужд. Не так уж часто я и печатался на его страницах, чтобы зависеть от журнала чисто материально или хотя бы творчески. Скорее, это была гордость приобщения к некоему штабу русского движения.

Разговор со Станиславом Куняевым требует логического завершения. Если журнал «Наш современник» - это журнал русских писателей, это знамя русской национальной литературы, и не является простой коммерческой структурой, то, несмотря на все обиды и претензии ко мне Станислава Куняева, я намерен в нем печататься и дальше, намерен оставаться членом общественного совета. Если же журнал – это личная собственность Станислава Куняева, и любой разрыв с ним, любое неприятие тех или иных его литфондовских позиций означает полный разрыв с журналом и его редакцией, тогда я выхожу из состава общественного совета этой личной собственности литфондовского чиновника.

Владимир Бондаренко


Комментарии:

11-03-10 20:06 Капитолина Кокшенева
Володя! Ты видишь - наш молодой народ молчит. Никто не имеетр никаких дач нигде - ни в Переделкино, ни в Домодедово. Никто, видимо не понимает правая-неправая где сторона. О кризисе же патриотического направления говорнить трудно - нет опыта у одних, и сосредоточены на себе - другие. А читатели-не писатели и хорошо, что молчат, а то была бы какая-нибуь ненужная дискуссия. Да, конечно, газета имела полное право не печтатать письма, хотя и имена там -дорогие и родные. Но , видишь, получается все тоже, как с сайтом РП - наши претензии состояли в том, что НЕЛЬЗЯ (если ты хоть сколько-то профессионал) противопоставлять статью офийиальному письму... то есть путать НАРОЧНО творческие и иные цели.. так и тут - что хочу, то ворочу... Ответить
11-03-12 14:12 Андрей Богунов
Статья Бондаренко, на мой взгляд, крайне вредная, раскольническая. Сор из избы... Зачем? Нас, читателей, в какое положение ставите? Читаю и "День литературы", и "Наш современник", нравятся публикации и Бондаренко, и Ст. Куняева, теперь насторожился и огорчился. Ощущение такое, что придётся выбирать. Конечно, "НС". По совокупности, что называется... Очень обидно. г.Иркутск Ответить
11-03-13 07:24 Наталья Омельченко
Полностью разделяю пафос статьи. Не "царское" это дело - материальные разборки. Для нас, читателей, Вы, писатели - всегда немного небожители. Знали бы вы, скольких отворотила от чтения именно её величество Гласность, когда на головы неискушённых читателей вылились все эти помои - писательские склоки, тяжбы. Что с этим со всем делать, я не знаю. Но надо каким-то образом восстанавливать своё доброе имя. Трудно держать марку, не спорю. Но нельзя путать Божий дар с яичницей. Ответить
11-03-15 10:54 Вячеслав Лютый
Я не совсем понимаю, зачем мне в Воронеже, а кому-то, положим, на Дальнем Востоке знать подробности сугубо материальных споров между отдельными писателями и писательскими группами, которые объединены каким-то принципом или интересом. Кто-то построил дачку в Переделкино незаконно, некто моется в баньке не по праву хозяина земли, на которой стоит это гигиеническое строение... Сегодня нам важно говорить о стране и народе, о смысле литературы,о традиции и наследовании важнейщих русских духовных и этических принципов - причем все это заключается в слове, а совсем не в куске сала, который кто-то может доедать под одеялом или, торжествующе,- на показ людям. Как читатель я должен говорить: какая хорошая книга, а автор как будто шельма. Или напротив: говорит правильные вещи и живет честно, а книги его невероятно скучны. Вместо этого мне предлагают посчитаь родинки на теле родной литературы и продемонстрировать ее невымытые ноги и отросшие ногти. Всю эту дрянь я знать не хочу, потому что писатель - это голос собеседника и имя на обложке книги, которую я могу полюбить. Уже в который раз нам пытаются продемонстрировать, что писатель вполне похож на твоего соседа по подъезду. Уж цитировали-цитировали Пушкина, дескать, гадок писатель, но по другому, нежели обычный человек, однако теперь уже "литературная" склока разъедает почвенническое крыло нашей литературы: а что, и почвенники хотят пожить с удовольствием, наподобие жирных либералов. Много говорилось про болезнь народа, искушенного бесчестинем и богатством, про болезнь церкви, разрушаемой клириками, забывшими Бога, вот теперь и писатели стали демонстрировать свои пролежни и шанкры, точнее не свои - соседа по книжной и журнальной странице. Бондаренко совершенно верно формулирует ситуацию: с банькой - в суд, с книгой - к читателю. А если кто-то полагает, что литературные издания читают только соратники по ремеслу, то он человек бесчувственный и не любящий русского человека. А писатель его должен любить, щадить, корить и понуждать к хорошему, тогда как на деле тьма писательского "народа" смотрит на читательскую среду подобно эстрадному кумиру, взирающему на толпу фанатов.Поступок Бондаренко, написавшего эту статью-открытое письмо есть одно из немногих принципиальных деяний нашего писательства в последние годы. Причем, деяние, задающее тон нашему ремеслу, отодвигающее от него грязь и приближающее его к небу. Ответить
11-03-15 16:59 Андрей Богунов
Вячеслав Лютый «С банькой - в суд, с книгой - к читателю»... Кто ж против? Речь о другом - о технологиях. Бондаренко публично заявляет о конфликте, Куняев же с ним и с Прохановым, как явствует из текста, разговаривал кулуарно. Бывают размолвки у друзей (чего в сердцах не скажешь!), но зачем озвучивать ссоры? Статья Бондаренко была бы замечательной, не вылей он в ней личные обиды… Они, конечно, помирятся, потому что слишком многое их связывает. В нашем представлении они неразлучны, очень дороги нам, и такими останутся. Ответить
11-03-23 23:04 Капитолина Кокшенева
Всем, я думаю, известно, что Переделкинский скандал приобрел печально-ощутимые формы. Андрей Битов, старец 74 лет и старый же правозащитник набросился с кулаками на Светлану Василенко. Защитить женщину от оскорблений и побоев у нас в литсообществе не принято, но вот докатиться до низшей формы аргументации в виде кулаков - тут, пожалуйста. Как же прогнила творческая среда! Сколько низости, зависти, дряни. Светлане - сочувствие мое человеческое! А переделкинская проблема - с душком. Я уже говорила и писала:опубликуйте списки всех дач и тех, кто их занимает. И сколько лет там живут дети и вдовы и неизвестно какого колена родственнички! И почему бы писателям вообще-то не жить там в очередь, по пять лет, а не поселяться на веки-вечные! Ведь если на десятилетия, то и ремонт захочется миллионнный сделать (не жить же в казенной обстановке), а ремонт сделал - и уезжать не хочется!!! Замкнутый круг. Я полагаю, что пользоваться дачей 10-20-30 лет - это уже безнравственно.Тут уже корень всех остальных проблем. Мне же дично ничего от них не надо. Ответить
11-04-20 07:53 Борис-Борис
......набросился с кулаками на Светлану Василенко. Нет, мадам Капитолина. Я не верю, чтобы культурный человек ни с того ни сего поднял руку на женщину. Это же как надо оскорбить, скорее всего прилюдно, человека, чтобы напроситься на оплеуху! Василенко, видимо, напросилась. Ответить
11-04-19 10:07 Андрей Богунов
Бондаренко понесло. Дело после статей Личутина зашло слишком далеко. Жаль, что и ГЛФР превратился в инструмент для сведения счетов. А ведь начинали с Литературы. Увы… Удаляю сайт из своего компа. Ответить

Добавить комментарий: