Главная | Блоги

Про людоедов

21-05-2014 16:51
Ещё из Тютчева (по поводу отношения Запада к России):

«О России много говорят — в наше время она служит предметом пламенного тревожного любопытства; очевидно, что она сделалась одной из главнейших забот нашего века... Современное настроение, детище Запада, чувствует себя в этом случае перед стихией, если и не враждебной, то вполне ему чуждой, стихией, ему неподвластной...»

В другом месте он пишет, как Россия освободила в 1813 году Европу «от наполеоновского господства» и Европа приветствовала Россию «с благородным восторгом». Но прошло несколько десятилетий и Европа чудесным образом исхитрилась «преобразовать державу в чудовище для большинства людей нашего времени... чтобы доставить себе наслаждение взирать на Россию как на какого-то людоеда XIX века».

Характерно, что Германия, которая собственно была обязана своим воссоединением в XIX веке России и её победе над Наполеоном, выразила благодарность тем, что сделала своею целью всяческое ослабление России и клевету на неё.

Тютчев говорит, что в Германии есть люди, которые объясняют свою враждебность к России так: «Мы обязаны вас ненавидеть, ваше основное начало, самое начало вашей цивилизации внушает нам немцам, западникам, отвращение; у вас не было ни папской иерархии, вы не испытали ни борьбы религиозной, ни войн империи, ни даже инквизиции, вы не принимали участия в крестовых походах, вы не знали рыцарства, вы четыре столетия назад достигли того единства к которому мы только стремимся».

У Тютчева есть ещё интересное рассуждение, как Европа жила-жила, потом в конце XVIII века вдруг всерьёз обратила взоры в России и с удивлением обнаружила, что там тоже есть Европа — только русская, восточная Европа.

Я тут недавно всё повторял, что никакая мы не Европа — ровно потому, что мы и есть Европа. Тоже мне умник — Тютчеву это было ясно двести лет назад.

Характерно, что все эти высказывания Тютчев публиковал в европейской прессе — порождая буквально бум откликов (вплоть до того, что в качестве ответов на его статьи писали целые книги).

Иван Аксаков отметил, что с появлением статей Тютчева «впервые в Европе раздался твёрдый и мужественный голос русского общественного мнения. Никто никогда ещё не осмеливался говорить с Европою таким тоном».

Тютчев, надо напомнить, прежде чем начал писать эти статьи, 20 лет прожил в Европе — то есть знал о чём говорил.

Аксаков, и сам Тютчев и посмеялись бы и поплакали, если б на них снизошло знание, что через двести лет такого тон в общении с Европой почти никто себе из их литературных коллег не позволит.

Но, напротив, тон будет задавать команда грустных и находчивых, которые каждым своим словом будут высказывать протест против каждого слова, произнесённого Тютчевым — и по поводу России, и по поводу Европы.

Что до Германии — то, да, после ещё одного объединения, случившегося благодаря России (при Горбачёве), Германия (её власти) занялась ровно тем же самым, что чёрт знает когда.
Обсудить в блоге автора